· Про УЛЦ · Віра · Проповіді · Бібліотека · Календарі · Музика · Фото · Ланки ·
Троянда Лютера

Сайт душпастиря Павла

E-m@il

Проповіді Мартіна Лютера (1483-1546)

ВРАГИ КРЕСТА ХРИСТОВА
Эта проповедь взята из VIII тома "Проповедей Мартина Лютера". Оригинальное название проповеди приведено ниже.
Перевод Сергея Соловьева

ВРАГИ КРЕСТА ХРИСТОВА И ХРИСТИАНСКОЕ ЖИТЕЛЬСТВО НА НЕБЕСАХ

ФИЛ. 3:17-21: Подражайте, братия, мне и смотрите на тех, которые поступают по образу, какой имеете в нас. Ибо многие, о которых я часто говорил вам, а теперь даже со слезами говорю, поступают как враги креста Христова; их конец - погибель, их бог - чрево, и слава их - в сраме: они мыслят о земном. Наше же жительство - на небесах, откуда мы ожидаем и Спасителя, Господа (нашего) Иисуса Христа, Который уничиженное тело наше преобразит так, что оно будет сообразно славному телу Его, силою, которою Он действует и покоряет Себе все.

1. Павел безудержно призывает филиппийцев к сотворению доброго начинания во святом Евангелии и к тому, чтобы образ их жизни удостаивался бы лишь только похвалы - чтобы вели они себя как серьезные люди, что и проявлялось бы через плоды из веры. Причина, по которой он изъявляет такую искреннюю и сильную озабоченность их делами, заключается в том, что апостол желает, чтобы те устояли и не дали увлечь себя лжеучителями из числа кричащих иудеев. Ибо в то время многие иудеи пытались сбить с толку тех, кого обратил Павел, претендуя на то, что учение их гораздо лучше; ведь они уводили людей от Христа обратно к Закону для того, чтобы утверждались и распространялись их иудейские учения. Павел же, с превеликим интересом и радостью наблюдая за своей церковью в Филиппах, был движим в увещевании их отеческой заботой - чтобы не были бы они совращены таковыми учителями и стойко придерживались того, что получили прежде, не ища чего-либо еще и не представляя себя подобно тем, пребывающим в состоянии самобезопасности беспечным заблудшим душам, позволившим дьяволу совратить себя, мыслившими себя совершенными и всезнающими, достигшими полного понимания всего на свете. В этих стихах он сам говорит о себе как о не достигшем полного знания.

К этому присоединено и требование пребывать в чистоте учения.

2. В особенности же увещевает он их, убеждая следовать ему и примечать тех служителей, кои поступают так же, как и он; а также и равнять веру их и поведение на тот образец, который был явлен им в виде него самого. Но не только себя выставляет он образцом, но и тех, кто идет тем же путем; нескольких из них он упоминает в этом Послании к Филиппийцам. Ведь те, кто навязывает свои воззрения, увлекая за собой, могут быть весьма уважаемыми персонами. Но именно учение самого апостола должно было быть для филиппийцев образцом. Следовательно, надлежит нам весьма озаботиться сохранением чистоты совершения служения и искренности веры. Когда все это пребывает незапятнаным, то и учение будет верным, и добрые дела появятся сами по себе. Немного далее, в главе 4, стих 3, Павел увещевает, имея в виду то же самое: "Что только чисто, что только добродетель и похвала, о том помышляйте".

3. Видно, Павел был весьма самоуверенным человеком, если посмел восхвалить себя в качестве образца подражания для всех. Другие служители вполне могли бы обвинить его в желании превознести самого себя над остальными людьми. "Рассуди сам", - могли бы сказать ему наши мудрецы, - "один ли ты имеешь Духа Святого и разве ты не более других добиваешься для себя почестей?" Точно то же самое бормотали против Моисея, своего собственного брата, и Мириам с Аароном, говоря: "Правда ли Иегова говорил только лишь с Моисеем, не говорил ли Он также и с нами?" (Чис. 12:2). И, действительно, может показаться, что Павел слишком высоко мнил о себе, если самого себя выставил как образец для подражания, внушая, что никто не будет сочтен сколько-нибудь значимым, если не пойдет тем же путем, каким шел он, Апостол Павел; а между тем вполне можно было бы найти и тех, кто, очевидно, обрел более великое свидетельство Духа или святость, смирение и иные благодатные дарования, чем он сам, и при этом эти люди шли иным путем.

4. Но ведь он не говорит: "Я, Павел, единственный". Нет, его слова: "по образцу, который имеете в нас", что само по себе не исключает и иных истинных апостолов и учителей. Он увещевает свою Церковь, что делалось им повсюду, с тем, чтобы та стойко придерживалась одного истинного учения, полученного от него в начале. Ибо они не были столь уверены в своей собственной мудрости в делах и не предполагали, что обладают независимым авторитетом; скорее намерение их заключалось в защите от претендующих обладать превосходящим учением; и тем самым таковым лжеучителям многих удалось ввести в заблуждение.

Праведность Закона - тщетна.

5. Апостол Павел ясно показал в чем он может служить примером или образцом для подражания для других. Так, в начале этой главы, в третьем и следующих за ним стихах, он говорит: "Потому что обрезание - мы, служащие Богу духом, и хвалящиеся Христом Иисусом, и не на плоть надеющиеся; хотя я могу надеяться и на плоть. Если кто другой думает надеяться на плоть, то более я, обрезанный в восьмый день, из рода Израилева, колена Вениаминова, Еврей от Евреев". Тут он ведет речь о наивысшей чести, какой только мог похвалиться еврей. "По учению", - продолжает он, - "фарисей, по ревности гонитель Церкви (Божией), по правде законной - непорочный. Но что для меня было преимуществом, то ради Христа и почел тщетою. Да и все почитаю тщетою ради превосходства познания Христа Иисуса, Господа моего: для Него я от всего отказался, и все почитаю за сор, чтобы приобресть Христа и найтись в Нем не со своею праведностью, которая от закона, но с тою, которая чрез веру во Христа, с праведностью от Бога по вере".

6. "Смотрите, это - картина или образец", - как бы говорит он, - "которую мы выставляем для вас с тем, чтобы вы ей следовали, чтобы вспомнили, как обрели ту праведность, придерживаться которой вы вполне способны - праведность не от Закона". Ведя далее речь именно о праведности от Закона, Павел осмеливается сказать, что почитает ее сором и тщетою (праведность, проистекающую от человеческого тела), невзирая на ту прекрасную и непорочную форму, в которую облечена эта праведность - а форма эта такова, что ничем в мире не может она быть превзойдена - такого рода праведность проявилась в искренних иудеях, и в самом Павле перед его обращением; ибо все эти люди во своей великой святости почитали христиан ножами и проклятиями, и потому считали они достойным восхищения делом - принимать участие в преследованиях и убийствах христиан.

7. "Я же", - хочет сказать Павел, - "будучи иудеем по рождению, счел все эти заслуги простой потерей по сравнению с тем, что я мог бы обрести в "праведности от Бога по вере". Лишь только праведность веры учит нас тому, как понять Бога - как уверенно утешить самих себя Его благодатью и ожидать будущей жизни, надеясь при воскресении достичь Христа. Под "достижением" Его мы подразумеваем встречу с Ним по смерти и в Судный день без ужаса, не убегая, но с радостью устремляясь к Нему и приветствуя Его с веселием - как если бы это было тем самым, чего ты ожидал с превеликим упованием. А вот праведность Закона не способна обеспечить такую уверенность ума. И потому ею мне ничего не достичь перед Богом, и скорее я готов счесть ее тщетою. А что может способствовать такому достижению - так это внесение в нас праведности ради Христа, через веру. Бог объявляет нам в Своем Слове что верующий в Его Сына непременно обретет, ради заслуг Самого Христа, благодать и вечную жизнь. И знающий это способен ожидать в надежде наступление последнего дня, не имея ни страха, ни намерения спасаться бегством.

8. Но так относиться к праведности Закона, а именно без всяческого почтения и с презрением, и вдобавок учить при этом, что не только бесполезна, но и вредна она - не беззаконно ли, не отвратительно ли и не мерзостно ли? Кто еще мог бы так смело выразиться, осудив жизнь, так безошибочно и так близко угодившую требованиям Закона, как Павел, без того, чтобы всеми людьми быть объявленным любимцем дьявола? А ведь если бы не самим апостолом было вынесено таковое суждение, то не так ли и обстояло бы дело? И кто должен оказывать какое-либо почтение праведности Закона, если будем мы продолжать проповедовать в том же духе?

9. В том случае, если обличения Павла имели бы своей мишенью лишь праведность мира или же праведность язычников - тех, которые основываются на разуме и контролируются гражданским правительством посредством законов и правил - тогда учение его не показалось бы столь непочтительным. Но Павел отчетливо выделяет праведность Божьего Закона, или Десяти Заповедей, относительно которой обязательства наши намного превышают то, чем мы обязаны по отношению ко временным, преходящим властям, ибо эти заповеди научают тому, как должно жить перед Богом - тому, о чем ничего не знают ни языческое правосудие со своими судами, ни эти временные власти. Так не должны ли мы осудить как еретика такого проповедника, который идет гораздо выше того, что ему было поручено, и посмевшего найти погрешности в Законе Божьем, который при том и предупреждает нас о том, что надлежит остерегаться всякого, кто соблюдает Закон и доверяется его праведности; и не должны ли превознести до святости "врагов Креста Христова, чей Бог - чрево" - кто служит своим аппетитам, а не Богу?

10. Павел мог бы так сказать о себе: "Я тоже был таким. В моей наисовершеннейшей праведности Закона я был врагом и гонителем общины, или Церкви, Христа. И это был законный плод моей праведности - именно же, что я должен был стать самым ужасным гонителем Христа и Его христиан. Так моя святость сделала меня действительным врагом Христа и убийцей Его последователей". И расположение к такому злу - естественный результат праведности от Закона, что и засвидетельствовано всей библейской историей, начиная от Каина; и то же самое видим мы в самых лучших людях этого мира - тех, кто не пришел к познанию Христа. Князья, гражданские власти тем в большей степени являются злейшими и нетерпимейшими врагами Евангелия, чем больше их мудрость, благочестие и воздаваемые им почести.

11. Здесь совсем не обязательно вести речь о римских чувственных папистских дурнях - обо всей этой своре кардиналов, епископов, священников и им подобных. Их дела говорят сами за себя. Все почтенные мирские, гражданские авторитеты должны дать себе отчет в том, что они - просто распутные ничтожества, проживающие свои бесстыдные жизни в открытых скандалах, алчности, надменности, нечистоте, суетности, воровстве и во всевозможных видах зла. Виновны они при этом не только в такой гнусной жизни, но и в том, что бесстыдно поощряют они других к тому, чтобы те защитили их поведение. В силу этого должны они быть почитаемы врагами Христа, а вместе с тем и врагами всего того, что есть честного и добродетельного. И потому всякий достойный человек с полным на то правом испытывает к ним отвращение. Но, как уже было перед этим сказано, Апостол Павел ведет речь не о них, а, напротив, о столь почтенных и богобоязненных людях, что жизнь их ни в коей мере не удостаивается какой-либо укоризны. А между тем именно люди такого рода как только столкнутся с христианами, сразу становятся столь нетерпеливыми и враждебными по отношению к ним, что всегда забывают о бревне в своем глазу, примечая при этом каждый сучок в глазу христианина. И правда, ради того, чтобы были превознесены их святость и ревность о Боге, надлежит им почитать Евангелие ничем иным, как ересью и сатанинским учением.

Праведность закона противостоит Кресту.

12. Это кажется немыслимым, да и я сам бы в это не поверил и не уразумел бы слов Павла, здесь сказанных, если бы не засвидетельствовал это своими глазами и не испытал бы этого лично. Повтори апостол сегодня свое обвинение, кто бы мог вообразить, что наши знатнейшие и наиболее досточтимые, благочестивые и святые люди, от которых мы прежде всего могли бы ожидать того, что они раньше всех прочих воспримут Слово Божье - что они, повторяю, станут врагами Христианскому учению? Но те примеры, что есть перед нами, совершенно ясно свидетельствуют о том, что "враги", о которых ведет речь апостол, должны быть никем иными, как благочестивыми людьми, знатными князьями и дворянством, уважаемыми гражданами, учеными, мудрыми, умными личностями. И если бы могли все эти, перечисленные выше, одним разом поглотить "Евангелистов", как они называются ныне, то безо всякого сомнения эти люди с радостью сделали бы это.

13. И если вы спросите, почему дела обстоят именно так, то я отвечу, что такое положение естественным образом проистекает из человеческой праведности. Ибо каждый, кто ее исповедует, не зная ничего о Христе, почитает эту праведность действенной перед Богом. На нее он полагается и самого себя ею ублажает, тем самым решив, что таковая его наружность льстит Божьему взору и что он через все это воспринимается Богом особым образом. Из того, что такой человек стал горд и высокомерен по отношению к Богу, он приходит к отвержению тех, кто не является праведным согласно Закону; и это показано нам на примере фарисея (Лук. 18:11,12). Но еще более велика вражда такого человека и еще горче его ненависть по отношению к тому проповеднику, который осмеливается осуждать праведность такого рода, сочтя ее тщетной - тем, что неспособно заслужить Божью благодать и вечную жизнь.

14. И во мне самом, и во многих других близких мне людях именно такие чувствования главенствовали и руководили, когда под папской властью мы претендовали на то, чтобы быть святыми и благочестивыми; мы должны исповедовать этот факт. Ведь если бы тридцати лет тому назад, когда был я посвященным, святым монахом, каждый день служащим литургию и не имевшем ни капли сомнения в том, что шел по дороге, напрямую ведущей на небеса, если бы тогда кто-либо обвинил меня, а именно же проповедовал бы мне то, о чем повествует этот текст, и дал бы понять, чем в действительности является наша праведность, которая прямо противна Закону Божьему, но согласуется с человеческими учениями и потому есть ничто иное, как откровенное идолопоклонство, провозгласил бы, что она нисколько не действенна и сказал бы при этом, что я был в то время никем иным, как врагом Креста Христова, слугой своих собственных чувственных аппетитов, то я бы немедленно по крайней мере помог бы найти каменья для предания смерти такого Стефана или же собрал бы дров для сожжения этого наихудшего из еретиков.

15. Так всегда поступает человеческая природа. И мир не может вести себя по-иному, когда с небес раздается такое объявление: "Ты в действительности являешься святым человеком, великим и ученейшим юристом, ответственнейшим управителем, могущественным князем, почтенным гражданином и так далее, но со всем твоим достоинством и со всем твоим прямым характером ты направляешься прямиком в ад; каждое твое действие в глазах Божьих является оскорбительным и предосудительным. Если ты намереваешься спастись, то тебе надлежит стать совершенно иным человеком; и ум, и сердце твое должны быть изменены". Пусть это будет сказано, и пусть засверкают огни, пусть пламя охватит весь Рейн, ибо невыносима для самоправедных идея о том, что столь прекрасные жизни, жизни, целиком посвященные восхвалительным призываниям, должны быть публично порицаемы и осуждены объективным проповедованием немногих малозначимых персон, и все, что ни казалось в этой жизни достойным восхищения, было сочтено пагубным, и даже, согласно Павлу, грязным отказом от вечной жизни и действенным препятствием на пути к ней.

16. Но вы можете сказать: "Что? Уж не запрещаете ли вы совершение добрых дел? Разве это не правильно - вести почтенную, добродетельную жизнь? Разве не признаете вы необходимость существования политических законов и гражданских правительств? А также и то, что от повиновения им зависит поддержание порядка, мира и чести? Действительно, ведь вы принимаете, что Сам Бог заповедал все это и желает, чтобы они сохранялись, наказывая там, где не оказывается им должного уважения? В еще же большей степени желал бы Он, чтобы почитался Его собственный Закон и Десять Заповедей, а не отвергались бы они. Как же смеете вы утверждать, что праведность такого рода вводит в заблуждение и мешает достижению вечной жизни? Разве разумно - учить людей соблюдать требования Закона, быть в этом отношении праведными, и в то же время воспринимать все это как бы осужденным перед Богом? Как могут дела Закона быть добрыми и драгоценными и одновременно - отталкивающими и производящими зло?"

17. В ответ на это я скажу, что Павел прекрасно знал, что праведностью от Закона держится весь мир, и потому и не примет этот мир сказанного им. Но пусть тот, кто желает, спросит у апостола, почему здесь он высказал такие смелые утверждения. Ибо, действительно, приводимые здесь слова его, а не наши. Правда, закон и правительство весьма существенны в этой временной жизни, что и исповедует сам Павел, и Богу хотелось бы, чтобы всякий почитал бы их и подчинялся бы им. Действительно, Он установил соблюдение всего этого даже среди турок и язычников. Но ведь неоспоримым фактом является то, что люди эти, даже и самые лучшие и правильнейшие из них, те, кто ведет жизнь, достойную лишь всяческого уважения, по природе своей в сердцах своих враги Христу, и все их умственные силы направлены на то, чтобы искоренить народ Божий. Повсеместно должно быть принято, что турки со всеми их ограничениями и со строгостью их жизни, наложенными на них Кораном, с жизнью даже более строгой, чем та, которую ведут христиане, принадлежат к царству дьявола. Иными словами, мы видим, что со всею их праведностью, они осуждены. Но при этом признаем мы, что они правы, когда карают воров, грабителей, пьяниц и других оскорбителей; более того, те христиане, которые живут в пределах их владычества, пребывают под обязательством платить им подати и служить лично и своею собственностью. То же самое истинно относительно наших князей, которые преследуют Евангелие и являются открытыми врагами Христа: мы обязаны подчиняться им, платить подати и исполнять наложенную службу, и при всем при этом они, равно как и все их послушные последователи, сознательно давшие свое согласие на преследование Евангелия, должны рассматриваться нами как осужденные перед Богом.

18. Подобным образом Павел говорит и относительно праведности всех иудеев и тех благочестивых святых, которые не являются христианами. И осуждение это он произносит смело и очевидным образом, без недомолвок. Он порицает их и, с плачем, скорбно указывает на тех, кто направляет людей к праведности Закона, единственным результатом чего становится соделывание их "врагами Кресту Христову".

19. И снова, единственная похвала, которой они от него удостаиваются - то, что их "конец - погибель"; они осуждены, несмотря на все мощные усилия, предпринимаемые ими на протяжении всей своей жизни для получения праведности дел и для ее осуществления. Здесь, на земле, это воистину бесценное отличие - заслуживающее восхищения благородное сокровище, великая честь - называться именем богобоязненного и праведного князя, правителя или гражданина, благочестивой, добродетельной женой или девой. И кто не восхитится такой добродетелью и не превознесет ее. В мире это, действительно, весьма редкая и ценная вещь. Но как бы ни была прекрасна, бесценна и восхитительна оказываемая всему этому честь, говорит нам Павел, в конечном счете все это осуждено и чуждо небесам.

Человеческая праведность по сути своей есть идолопоклонство.

20. Апостол еще более ужесточает свое обвинение словами "их бог - чрево". Тем самым дано нам услышать, что человеческая праведность, даже и в наилучшем своем проявлении, простирается не выше служения своим чувственным аппетитам. Возьмите всю мудрость, правосудие, юриспруденцию, искусства, и даже наивысшие добродетели, которые может себе позволить мир - что они из себя представляют? Они служат только лишь этому богу - плотскому аппетиту. Они не могут выйти за пределы потребностей этой жизни и их действительная цель есть удовлетворение телесных вожделений. А когда прейдут эти мирские чувственные аппетиты, то вместе с ними прейдут и все эти люди, и вышеупомянутые дары и добродетели больше не будут служить им. Все погибнет и все совместно придет к разрушению - праведность, добродетели, законы и чувственные аппетиты, которым они служат как своему божеству. Ибо они целиком невежественны относительно истинного и вечного Бога; они не знают ни того, как служить Ему, ни того, как обрести вечную жизнь. И потому по сути своей жизнь такого рода есть ни что иное, как идолопоклонство, ибо она имеет в виду не более чем сохранение этого обреченного на погибель тела и его наслаждение миром и честью.

21. Теперь приведем четвертое обвинение: "слава их - в сраме". Вот и вся их слава! И пусть мудрые философы, познавшие все на свете язычники, остроумные юристы воспринимают кадимый фимиам славы и почитания - это есть ничто иное, как позор. Правда, их девиз "Любовь к Добродетели", они бахвалятся своей сильной любовью к добродетели и к праведности и, возможно, даже сами искренне в это верят. Но если судить по окончательному результату, их похвальба не имеет основы и заканчивается позором. Ибо наивысшая степень их праведности может вызвать себе у мира аплодисменты - здесь, на земле. Перед Богом же она ничего не достигает. Она не может сделать так, чтобы пришла жизнь. В конечном счете такая праведность оставляет своего владельца в плену позора. Смерть поглотит его и ад охватит его.

22. Вы снова можете возразить: "Если правда то, что вы говорите, то к чему соблюдать временные ограничения? Давайте заживем в потакании небрежению, следуя нашим наклонностям. Давайте удалимся от благочестивого, почитаемого человека; от добродетельной, праведной жены или девы". На это я дам такой ответ: Ни в коем случае это не выход из положения. Вы слышали, что это есть Божье повеление и воля - чтобы временная праведность пребывала даже среди турок и язычников. И далее (гл. 4, ст. 8) сам Павел увещевает христиан "помышлять о тех вещах", именно же о том, что истинно. Он говорит: "Что только истинно, что честно, что справедливо, что чисто, что любезно, что достославно, что только добродетель и похвала, о том помышляйте". И далее в стихе 9 он обращает их внимание на себя самого в качестве примера, говоря "чему вы научились, что приняли и слышали и видели во мне".

Плоды веры.

23. Верующие во Христа - те, кто на Нем основывают свою праведность, будут приносить в этой жизни на земле плоды праведной жизни, проводимой в послушании Богу. Плоды эти состоят из добрых дел, приемлемых Богом, кои, будучи делами веры, совершенными во Христе, получат вознаграждение в той жизни, которая придет. Но Павел имел в виду тех, кто, отвергая веру во Христа, почитал свои жизни и дела, совершенные по-человечески и согласованные с Законом, тем, чем достигается праведность в очах Божьих. Он ведет речь о тех, кто так добродетелен, но ничего не знает о Христе, ради которого праведность вносится в нас Богом без какой-либо заслуги с нашей стороны. Единственное условие для этого заключается в том, что мы должны верить во Христа; ибо Он стал человеком, умер за наши грехи и восстал из мертвых, и все это с тем, чтобы освободить нас от наших грехов и обеспечить нам воскресение и жизнь. И о небесной жизни и должны помышлять мы, о чем и Павел говорит в заключении: "Наше же жительство - на небесах, откуда мы ожидаем и Спасителя, Господа (нашего) Иисуса Христа" (Фил. 3:20). Если же мы не знаем и не осознаем всего этого, то неважно, какой прекрасной и достойной может быть наша человеческая, земная праведность - в любом случае она просто помеха и вред. Ибо не могут помочь плоть и кровь, полагающиеся на свою собственную праведность и высокомерно похваляющиеся в таком духе: "Мы лучше, почтеннее, благочестивее чем другие. Мы Иудеи - народ Божий, и мы придерживаемся Его Закона". И даже христиане не вполне освободились от пагубного воздействия человеческой святости. Они даже ищут того, как принести Богу их собственные дела и заслуги. Я по себе знаю, какая боль вызывается этой безбожной мудростью, этой вымышленной праведностью, и каковых усилий стоит сокрушение головы этого змея.

24. Сейчас дела обстоят вот таким образом, и этому нет альтернативы: или испытать муки ада, или же счесть свою человеческую праведность потерей и грязью, и стремиться не на ней основывать свое упование в свой последний час, в присутствии Бога, при суде, но, скорее, стоять в праведности Христа. В одеянии из Христовой праведности, облеченные в нее, вы можете при воскрешении от греха и смерти встретить Христа и воскликнуть: "Привет, возлюбленный Господь и Спаситель, Ты, кто искупил меня от несчастного тела греха и смерти, и облекший меня в подобное Твоему телу - святое, чистое и прославленное тело!"

Терпение, проявляемое Богом по отношению к человеческой праведности.

25. Тогда, когда мы шествуем с верой в Его праведность, Бог проявляет терпение к бедной и хрупкой праведности этой земной жизни, которая в Его глазах есть ни что иное, как грязь. Он почитает нашу человеческую святость, поддерживая и защищая ее в то время, пока мы живем на земле; точно так же, как и мы почитаем наши развращенные и нечистые тела, украшая их прекрасными, дорогими одеяниями и позолотой, превращая их в изысканные и роскошные. И они почитаются превыше всего, что существует на земле, хотя то, что заключено в них - это грязная и вонючая наша плоть. Именно ради них совершаются всевозможные мероприятия - правление и распоряжение, строительство и труд; и Сам Бог позволяет светить солнцу и луне, чтобы испускаемые ими свет и тепло позволяли бы всему расти на земле для их блага. А что такое есть человеческое тело, как не роскошный ларец, в коем и содержатся эти грязные и отталкивающие объекты почитания - эти пищеварительные органы, о которых тело всегда должно всячески заботиться; да, те органы, которые должны мы питать и которым должны служить, счастливые, если они хорошо исполняют свои обязанности.

26. Подобным же образом и Бог поступает с нами. Поскольку намеревается Он наделить человека вечной жизнью, то и терпеливо сносит нечистую праведность этой жизни, где придется обитать нам вплоть до последнего дня, ради избранных Богом людей - до тех пор, пока число их не восполнится. Ибо последний день не приходит, поскольку не рождены еще все, избранные Богом к вечной жизни. Когда же исполнится время и число их станет полным, Бог внезапно приведет мир к концу - со всеми его властями, юристами и авторитетами, со всеми условиями жизни. Короче говоря, Он полностью упразднит земную праведность, разрушив чувственные устремления вместе со всем, что есть в этом мире. Ибо всякая форма человеческой святости осуждена на уничтожение; однако ради христиан, для которых и предназначена вечная жизнь, и только ради них, все это будет сохраняться до тех пор, пока не будет рожден последний святой и не обретет он вечной жизни. Ибо весь мир тем самым должен быть сохраняем до тех пор, пока не родится тот самый один, последний святой. Ведь Бог не ценит мир и не нуждается в нем, а терпит его лишь исключительно ради Его христиан.

27. Следовательно, когда обязует нас Бог к покорности перед императорами и к благочестивой, честной жизни на земле, это не означает того, что вовеки будет продолжаться наше подчинение временным властям. Нет, просто Бог обязательно будет заботиться, почитать и уважать это несчастное тело - гнусное тело, как Павел здесь называет его - всей Своей властью и силой. При этом апостол обозначает человеческую праведность как "нечистую" и говорит, что в Царстве Божием она необязательна; и действительно, все это осуждено в глазах Божьих со всеми воздаваемыми ей почестями и славой, и в Его присутствии весь мир должен будет постыжен всем у него имеющимся и должен будет признать свою вину. Пример Апостола Павла в Рим. 3:27 и в 4:2 говорит нам о том, что когда он ведет речь о самых превознесенных и святых отцах - Аврааме и прочих - о тех, кто обрел по причине своих добрых дел славу у мира, то все эти праведные дела не помогли им обрести почет перед Богом. И намного меньшего достигнет перед Богом праведность тех, кто так похваляется ею, тех, кто называется почтенными, благочестивыми, честными и добродетельными - праведность царей и князей, жен и мужей.

28. Далее скажем, что, хотя внешне твоя праведность и может показаться миру восхитительной, в действительности она есть ничто иное, как нечистота. Покажем это на примере одной монахини, которую почитали по святости превосходящей всех прочих людей. Она ни с кем не водила знакомства, а лишь сидела в своей келье, неистово молясь и восхваляя Бога. Она похвалялась особыми откровениями, данными ей, и видениями и ни о чем не помышляла помимо того, что любящие ангелы парили вокруг нее и венчали ее золотой короной. Но некие люди, страстно желая узнать все это, подсматривали за ней через щели и дыры и увидели, что ее голова запачкана нечистотами и выставили ее на смех.

29. Обратите внимание, что причиной, по которой Павел называет праведность Закона грязью и нечистотой, является его желание развенчать те честь и славу, на которые притязает эта праведность в глазах Божьих, и все же, невзирая на это, соблюдению Закона перед миром он оказывает почтение, называя его "праведностью". Но если вы вздумаете самонадеянно похвалиться перед ним таковой праведностью, он незамедлительно вынесет свой приговор, окрестя вас мерзостью, врагом Креста Христова. Павел опозорит вашу похвальбу и в конце концов определит вас на пребывание в аду. Однако, относительно же праведности веры, той самой, которая достигается во Христе перед Богом, он говорит так: "Наше же жительство - на небесах, откуда мы ожидаем и Спасителя, Господа (нашего) Иисуса Христа, Который уничиженное тело наше преобразит так, что оно будет сообразно славному телу Его" (Фил. 3:20,21).

30. Мы, те, кто крещен и верит во Христа, по мысли Павла не должны основывать свои дела и наши надежды на праведности этой преходящей жизни. Посредством веры во Христа мы обретаем ту праведность, что пребывает на небесах. И такую праведность можно достичь единственно во Христе, иначе невозможно ничего достичь перед Богом. И все наши помыслы целиком должны основываться на Христе; ибо наше здешнее, земное существование в конечном счете завершится иною жизнью, когда Христос явится и переменит эту жизнь в другую, совершенно новую, чистую, святую - во всем подобную Ему Самому, с жизнью и с телом, обладающими Его Собственной природой.

Место жительства христианина - на небесах.

31.Потому мы больше и не жители этой земли. Христианин через крещение рождается жителем небес. Мы должны осознавать этот факт и жить здесь так, как если бы наша настоящая родина была там. И мы должны утешать друг друга тем, что Бог воспринял нас и вскоре перенесет нас туда. Сейчас же обязаны мы ожидать пришествия Спасителя, Который и принесет нам с небес вечные праведность, жизни, честь и славу.

32. Мы крещены и сделались христианами не для того, чтобы воздавалась нам великая честь, и не для того, чтобы праведность наша была бы обновлена, равно и обладание земными силой, властью и собственностью также не является нашей целью. Но невзирая на это мы пользуемся всем вышеперечисленным, ибо это потребно для нашей жизни в теперешнем состоянии. Но в то же время надлежит нам относиться ко всем этим вещам как к грязи. И при этом ради нашего потомства мы будем служить нашим телесным потребностям таким наилучшим образом, какой только возможен. Мы, христиане, однако, пребываем в ожидании пришествия Спасителя. И оно не будет к нашему вреду или постыжению, что вполне возможно в отношении иных людей. Не имеющие цены в этой жизни, тем более бесполезными станут они, когда безжизненные и погибшие окажутся похороненными в земле.

33. Но при Своем пришествии Христос обратит наши жалкие, бессильные и презренные равно и в жизни, и в смерти тела в прекрасные, чистые, сияющие и полные славы, ибо соотнесены они будут с Его собственным бессмертным прославленным телом. Не будет походить оно на то тело, что висело на кресте или лежало в могиле запятнанное кровью, безжизненное и обезображенное, но будет оно таким, как теперь - прославленным и обретающимся по правую руку Бога Отца. Нам не нужно потому беспокоиться об умирании наших земных тел - тем, что они, лишенные пребывания в них чести, праведности и жизни, подчинятся всепожирающей власти смерти и могилы - тому, чему так ужасаются враги Христа, но мы можем радостно надеяться на Его скорое пришествие и ожидать, зная, что это избавит нас от жалкого и нечистого состояния. "Силою, которою Он действует и покоряет Себе все"

Прославленное тело христиан.

34. Благодарность Богу за те честь и славу, кои вносит в нас праведность Христа! И как способно это бедное, грешное, жалкое и нечистое тело уподобиться такому телу, которым обладает Сын Божий, ГосподьСлавы? И сможете ли вы своими силами и способностями, или даже силами и способностями всех людей достичь такой прекрасной вещи? Ведь Павел говорит, что человеческие праведность, заслуги, слава и честь ничего общего с этим не имеют. Они просто грязь и нечистота, и, будучи таковыми, осуждены за это. Тут действует иная сила - власть Господа Христа, Который способен привести все в подчинение Себе. И потому, имея такую возможность, способен Он также и прославить нечистоту и грязь этого несчастного тела, даже когда оно уже изъедено червями и стало пылью. В Его руках оно как глина в руках горшечника, и из куска безобразной глины способен Он сотворить сосуд, который непременно будет прекрасным, новым, чистым, прославленным телом - таким, что превзойдет само солнце по блистанию и красоте.

35. Посредством крещения Христос взял нас в Свои руки и истинно то, что Он может изменить наши грешные, осужденные, обреченные на гибель души, дав им те новые и неспособные погибнуть праведность и жизнь, которые Он уготовил для тела и для души. Такова сила, возносящая нас к великолепной славе - и она способна сделать то, что не в силах исполнить праведность Закона. Последняя оставляет наши тела во сраме и приводит их к погибели, она ничего не достигает внеи сверх границ физического существования. А праведность Христа наполняет нас силой, явным образом свидетельствуя о том, что не телу мы поклоняемся, но истинному и живому Богу, Который не оставляет нас во власти позора и разрушения, но избавляет от греха, смерти и осуждения, вознося это погибельное тело к вечной чести и к вечной славе.

На початок!

Хрест "Благодать вам та мир нехай примножиться в пізнанні Бога й Ісуса, Господа нашого!" (2 Петра 1:2).

Українська Лютеранська Церква.

Copyright Rev. Pavlo Bohmat
При використанні матеріалів цього сайту робіть ланки на нього.
Hosted by uCoz